Пешком по Бродвею. Прогулка шестая

Областной журнал «Самара и Губерния», номер 2#2024 (июль)

Сегодня мы в шестой раз отправляемся «пешком по Бродвею». И, судя по пришедшим отзывам, этот променад в историю уже заинтересовал читателей. Правда, в присланных письмах есть и недоуменный вопрос: «А зачем вы для центральных кварталов Самары придумали наименование Бродвей?» С ответа на него, пожалуй, сегодня, и начну, хотя, открывая весь журнальный цикл, я уже что-то пояснял.

Сам я ничего не придумывал. Но в конце 40-х – начале 50-х годов ХХ века после некоторого сближения с США как союзником в совместной войне с гитлеровской Германией, наш интерес к дотоле мало известной заокеанской стране заметно вырос, добавилась и различная информация о ней. В 40-х, и затем в 50-90-х годах в стране даже распространялся ежемесячный, прекрасно иллюстрированный журнал на русском языке – «Америка». Правда, до свободной продажи он, конечно, не доходил, а приобрести его было можно только в газетных киосках солидных административных и партийных учреждений. Но вот из него, в том числе, советские читатели и узнали что-то о легендарном Бродвее, самой популярной многокилометровой трассе (совсем не просто улице!) штата Нью-Йорк, в первую очередь о её знаменитой манхэттенской части.

Но с 1957 года началось уже глобальное вхождение советской державы в мировое окружение. Этому способствовал прошедший впервые в Советском Союзе действительно международный фестиваль молодёжи. Было широкое личное общение советских парней и девушек со сверстниками из разных стран, включая и совершенно закрытые до этого Соединенные Штаты Америки. А после фестиваля на волне популярности открывшейся западной культуры и как бы в продолжение сближения во многих городах Советского Союза и появились собственные Бродвеи (Броды). Так в разговорах в ряде крупных городов страны стали именовать центральные улицы или их части, где по вечерам «хиляли стильные чуваки и чувихи», старающиеся как-то не отставать от жизни: идти в ногу со временем, c мировой культурой, с интересами, увлечениями и даже с модой. В Москве, скажем, тусовки случались на участке улицы Горького («Пешков-стрит») от площади Пушкина до Кремля, а в Ленинграде – на Невском проспекте от Литейного моста до Площади Восстания. Был свой Бродвей и в тогдашнем Куйбышеве – участок старого города с улицей Куйбышева от Некрасовской до Площади революции.

Автору этих строк довелось родиться и 26 лет прожить в коммунальной квартире в самом центре Бродвея, да и самому в пятидесятых тусоваться здесь в компании сверстников-единомышленников. С конца 40-х до 60-х годов нечётная сторона улицы Куйбышева каждый вечер заполнялась большим количеством молодых людей в возрасте где-то от 15 до 25. Они неспешно фланировали по Броду, обменивались новостями, делились увиденным и услышанным и оговаривали какие-то последующие совместные мероприятия и встречи. Стихийно возникший Брод по вечерам создавал немыслимые проблемы для городского общественного транспорта. Ходивший тогда по улице Куйбышева троллейбус при очень медленном продвижении по кварталам Бродвея вынужден был двигаться практически по встречной полосе дороги, сдвигаясь на неё на всю допустимую длину контактных штанг. Все попытки властей ликвидировать Брод закончились полнейшим фиаско. Привлечённые наряды милиции оказались абсолютно бессильными, молодые люди не прекращали собираться именно здесь. Собственно других вариантов для их общения в центре города просто не было, а запретить парням и девушкам собираться было невозможно. Да и вообще организацией досуга молодёжи в городе тогда, по сути, никто не занимался. У существующих повсеместно комсомольских организаций со своими штатными Обкомом и Горкомом главным занятием было политическое воспитание молодого поколения в духе непоколебимой верности коммунистическим идеалам. Какие-то уличные проблемы были для них мелковаты и в решение глобальных задач не вписывались совершенно.

В Куйбышеве же, на Броде, тогда постоянно существовали 2-3 дворовые или подъездные точки, известные только интересующимся, где можно было приобрести самопальные диски из рентгеновской плёнки, на которых на самодельных аппаратах умельцы делали копии записей модной, но недоступной в подлинниках музыки разных жанров. Причём, выбор был довольно широким: джаз разных стилей, шансон всех разновидностей, включая воровской блатняк, а также зарубежная эстрадно-танцевальная музыка модных и быстро меняющихся стилей и направлений со звёздами от 30-х годов до наших дней. Цена диска многие годы не менялась и равнялась одному рублю. Для сравнения – буханка пшеничного хлеба в магазине стоила 20 копеек. Бутылку водки можно было купить (до денежной реформы) за 21 рубль с мелочью: очень удобно, поскольку для «соображающих на троих» расхожей арифметикой тогда была присказка «трижды семь – двадцать один двадцать». Правда, камчатские крабы по цене в 2 с полтиной за банку усиленно рекламировались как невостребованный советский вроде бы деликатес. На рекламном плакате в рыбном магазине на том же Броде счастливая советская труженица с ярчайшей улыбкой на губах и столовой вилкой в руках сидела перед целой банкой консервированных крабов. Рядом присутствовал призывный текст: «Всем попробовать пора бы, как вкусны и нежны крабы!». Ну и что, и пробовали: по тем ценам и на тогдашнюю даже среднюю советскую зарплату можно было купить сотню консервных банок крабов, которые сегодня стали неподъёмно дорогущим деликатесом. Тогда это был скорострельный дворовый «закусон». Но теперь всё же давайте выйдем из рыбного магазина и задержимся на углу нынешних улиц Куйбышева и Ленинградской. Причём, Ленинградская (Панская) давно стала главной торговой улицей Самары, каковой остаётся и сегодня.

У дома 99 по улице Куйбышева достаточно богатое и разнообразное прошлое. Построен он был в 1891 году купцом Ливерием Покидышевым по проекту архитектора Островского и имеет богато декорированные фасады с обилием фигурных деталей, полукруглыми окнами и массой возвышающихся кокошников, а также балкон с балюстрадой над главным входом. В здании располагался известный на всю Самару игольно-галантерейный магазин с богатым выбором всевозможных ленточных и кружевных дамских украшений, а также предметов туалета: вееров, зонтиков и парфюмерии. Они пользовались, конечно, огромной популярностью у городских модниц, и поэтому торговая точка гордо именовала себя «Главным Петербургским магазином Самары». Но в начале ХХ века часть помещений в нём была сдана в аренду коммерческому банку, а другая переоборудована под свою клинику известным стоматологом Л. Идельсоном. После революции, в 1919-м дом был национализирован, и использование его часто менялось по распоряжению городских властей. В годы войны в Куйбышев из Москвы были эвакуированы иностранные посольства и различные зарубежные службы с большим количеством сотрудников, которым потребовалось особое обслуживание. Именно для них в помещении дома 99 и был организован специализированный магазин, в котором можно было купить изысканные деликатесы. Рядовым жителям города тогда вход в магазин был, естественно, закрыт.

В начале пятидесятых годов здесь открылся магазин под названием «Утёс», хотя для автора этих строк более привычным для него так и осталось наименование «угловой». Дело в том, что ещё в конце 40-х – начале 50-х мне, 6-7 летнему школьнику, мама поручала делать какие-то небольшие продовольственные покупки. Тогда мне выдавалась небольшая сумма денег, и я отправлялся в ближайший от нашего дома тот самый «угловой» за кирпичиком хлеба или двухсотграммовой пачкой сливочного масла. А в 2023 году городская торговля вдруг решила вспомнить прошлое, и в здании открылась ремесленная пекарня «Белотурка». Она оказалась в своем роде единственным предприятием и сразу стала центром притяжения для гостей и самих горожан. Тут выпекают по старинным рецептам хлеб, а также вкуснейшие круассаны, подаваемые с ароматным кофе. Многие родители приходят сюда с детьми и угощают их замечательными завтраками, которые готовятся на современном французском оборудовании, аналогов которого в Самаре больше нет. Технология самого процесса приготовления тоже уникальная. Поэтому продукция всегда только свежая.

То есть сегодня сам дом 99, который никогда не был посредственностью, вполне официально вышел из числа рядовых построек. На сайте правительства Самарской области опубликован соответствующий документ о том, что здание на пересечении улиц Куйбышева, 99, и Ленинградской, 26-28-30, «Дом Л. Покидышева» утверждён в статусе объекта культурного наследия регионального значения и в этом качестве взят под охрану.

Другой достопримечательностью угла на Броде, на котором мы подзадержались, является тот факт, что это весьма заметный перекрёсток центральной улицы Куйбышева с главной торговой улицей города, названной в июле 1926 года Ленинградской, а до этого побывавшей Панской, Советской, Сенной и даже Проломной. Общая протяжённость улицы от Волги составляет 2 километра и после её подхода к железной дороге расположенный уже за ней жилой посёлок им. Шмидта издавна так просто и именуется – Запанской. На этом мы сегодня и остановимся.

Автор: Игорь Вощинин